Александр пасечник фонд национальной энергетической безопасности

Александр пасечник фонд национальной энергетической безопасности

Накопленные в Фонде национального благосостояния (ФНБ) средства не дают покоя российским чиновникам. Желающих потратить их на те или иные нецелевые нужды становится все больше. Среди них Росгеология, попросившая у правительства выделить в 2020—2022 годах 1 млрд. долларов (65 млрд. рублей) на разведку запасов нефти и газа.

По мнению главы Росгеологии Сергея Горькова, через 5−7 лет существует риск «необратимого снижения объемов добычи полезных ископаемых» из-за истощения фондов объектов поискового задела. Сейчас работы по разведке нефти и газа в основном финансирует бюджет, но согласно «Стратегии развития минерально-сырьевой базы» объем этой поддержки постоянно снижается и к 2025 году прекратится.

В случае, если деньги Росгеологии будут выделены, они окупятся за счет прямого прироста условных запасов полезных ископаемых на сумму не менее 2,5 трлн. рублей. Совокупный же эффект от разработки открытых месторождений, освоения новых территорий, роста занятости и т. д. может составить более 30 трлн. рублей (!), обещает Горьков.

И, кажется, его услышали. Несмотря на фантастичность представленных Росгеологией обещаний, Медведев (еще до своей отставки) поручил подготовить предложения по финансированию геолого-разведочных работ в стране в форме государственно-частного партнерства. Что же, деньги не свои — казенные. Отчего не выделить? Так, видимо, рассудил экс-премьер-министр.

В просьбе Росгеологии можно увидеть определенную логику. Ведь источником наполнения ФНБ являются нефтегазовые доходы, поступающие в случае превышения цены на нефть определенного уровня (сейчас эта «цена отсечения» чуть больше 40 долларов за баррель, а цена барреля нефти марки «Брент» — 64 доллара). Таким образом, Горьков как бы заботится о будущем наполнении ФНБ.

Есть, однако, одно «но». ФНБ создавался для «обеспечения сбалансированности (покрытие дефицита) бюджета Пенсионного фонда Российской Федерации», о чем прямо сказано на сайте Минфина. И не для каких других целей, кроме пенсионных, эта «кубышка» не предназначена. Поэтому траты, предлагаемые Росгеологией, выглядят сомнительно.

То есть с социальной точки зрения ФНБ был нужен, чтобы не повышать россиянам пенсионный возраст. Но его все равно повысили. А теперь чиновники озаботились, как бы обеспечить будущие поступления в фонд. А зачем они вообще нужны, спросят россияне, если деньги не используются по своему прямому назначению — не расходуются на покрытие дефицита ПФР?

Уж не для того ли, чтобы изъять «лишние» деньги из российской экономики и стимулировать ими экономику Запада? Ведь значительная часть средств ФНБ вложена в зарубежные долговые обязательства. Кстати, кто принимал такое решение? Да и правило, запрещающее расходовать эти средства пока объем ФНБ не превысит 7% от ВВП, тоже консервирует их, мешая использовать в интересах россиян.

Людям нужны нормальные пенсии и вовремя, а не сказки о том, что государственные закрома ломятся от пенсионных денег, которых они никогда не увидят.

Неудивительно, что лежащие мертвым грузом средства так и норовят растащить под тем или иным благовидным предлогом. И если просьба Росгеологии имеет хотя бы косвенное отношение к ФНБ, то попытка бывшего социально-экономического блока правительства профинансировать за счет ФНБ покупку доли ЦБ в Сбербанке, о чем писала «СП», в чистом виде надувательство с целью закрепить итоги пенсионной реформы.

С учетом того, что ожидаемой обществом отката власти в этом вопросе пока не случилось (в своем послании Федеральному Собранию Путин об этом не сказал ни слова), любые попытки «раздербанить» ФНБ должны рассматриваться буквально под микроскопом. Когда под давлением общественности Кремлю станет очевидна необходимость отмены реформы, накопленные там средства пригодятся.

Руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник оправдывает запросы Росгеологии.

— Понятно, что Росгеология решает стратегическую задачу воспроизводства минерально-сырьевой базы страны. Это важный аспект для развития нефтегазовой отрасли. Но возникает вопрос, почему этого не было сделано ранее и насколько запрошенная сумма соответствует потребностям.

Актуальность в этом, конечно, присутствует. Технологии становятся все сложнее. Геологоразведка — более затратной. В перспективе, когда механизм будет отлажен, затратность будет оптимизирована.

У каждой добывающей компании в отчете есть пункт о приросте новых запасов, которые сравнивают с годовым объемом производства. И зачастую компании рапортуют, что по итогам года прирост превысил извлечение, а значит, их потенциал вырос.

По мнению директора Института национальной энергетики Сергея Правосудова, государство, выделяя средства на геологоразведку, должно внимательно следить за эффективностью их освоения.

— Нужно понимать, что есть так называемые экономически эффективные запасы к разработке. Теоретически — на балансе у добывающей компании может быть много запасов, но на самом деле они дороги для добычи и при низких ценах на нефть их разрабатывать нерентабельно и никто этим заниматься не будет.

Действительно, ресурсная база в нашей стране становится все хуже и хуже. Месторождений открывают все меньше, они находятся во все более труднодоступных районах. Это какой-нибудь шельф, либо это глубокозалегающие залежи, либо нефть находится в тяжелых плотных породах: сланцевых камнях, глине, из которых ее очень сложно извлечь.

Качество нефти тоже ухудшается. Стало больше тяжелой нефти, больше похожей на битум. Это характерно не только для России, но и для всего мира. Другое дело, что Росгеологии говорить о том, что проблема эта чрезвычайно остра, наверное, преждевременно. Крупные компании обеспечены месторождениями на десятки лет вперед и чувствуют себя спокойно.

«СП»: — Каждый старается раздуть свою значимость и Росгеология, видимо, тоже…

— Для государства это же бизнес. И если это делать нормально, не раздавать месторождения — а по закону их вроде бы раздавать нельзя, нужно проводить аукционы и продавать участки победителям за деньги… Главное, чтобы эти деньги тратились целевым образом. А у нас бывает, что деньги теряются. Надо следить за тем, чтобы они не разворовывались.

«СП»: — С этим у Росгеологии не очень. Многие помнят скандального замруководителя этой структуры Руслана Горринга, чей моральный облик, судя по публикациям в Сети, вызывал отвращение. Так этот Горринг в итоге оказался крупным мошенником и сейчас отбывает срок. С такими кадрами доверие к Росгеологии, конечно, упало…

— Знаменитая личность, да.

«СП»: — Вот как такому мошеннику доверить средства ФНБ? Кстати, а почему разведкой новых месторождений не занимаются сами компании? Это ведь в их интересах…

— Занимаются. Но они это делают обычно рядом с теми месторождениями, где уже работают. Скважину пробурили, нашли, заявили. В этом случае они имеют право на разработку вне аукциона. А Росгеология работает в удаленных труднодоступных районах, где никто не ищет. А потом выставляют участки на аукцион.

В свою очередь депутат Госдумы от КПРФ, член комитета по бюджету и налогам Госдумы РФ Вера Ганзя предлагает изменить бюджетное правило, чтобы найти деньги на социальные нужды, обозначенные в послании президента, включая пенсии.

— К концу года мы будем иметь в ФНБ почти 11 трлн. рублей. Это серьезные деньги…

«СП»: — Значительно выше 7-процентной планки от ВВП, разрешающей расходовать средства ФНБ. Если, конечно, правительство не растратит их нецелевым образом. А нельзя ли в принципе отменить или хотя бы снизить этот барьер? Ведь ФНБ существует для людей — раз есть нужда, надо тратить…

— Вот! Путин в послании перечислил предлагаемые им социальные меры и сказал, что для этого нам надо пересматривать приоритеты в регионах. Я видела, как губернаторы, сидящие в зале, в этот момент напряглись. Они поняли, что надо будет где-то искать деньги.

Кроме того, президент сказал, что бюджетную устойчивость надо всеми силами оберегать, сохранить. Это значит, что бюджетное правило пересматриваться не будет. Также он ничего не сказал о пересмотре соотношения отчислений налогов между центром и регионами.

То есть он назвал результаты, которые он хотел бы видеть, но ничего не сказал о механизмах, с помощью которых этого можно достичь. Откровенно говоря, это все пустое. Непонятно, где мы возьмем эти деньги.

«СП»: — А изменение бюджетного правила решило бы все эти вопросы?

— Конечно. Сейчас цена отсечения составляет 41,6 доллара за баррель. Эта цифра увеличивается на 2 процента ежегодно. Мы же предлагали сразу поднять ее до 45−50 долларов. Мы же уже накопили эти деньги в ФНБ — давайте планку повысим. И направим их в расходную часть бюджета. Но нет, они останутся в ФНБ, а потом пойдут на инфраструктурные проекты, как признался Путин. Но мы же знаем, как это все осваивается. Пахнет коррупцией!

«СП»: — Похоже, власти решили, подняв пенсионный возраст, «освободить» ФНБ от пенсионных обязательств и создать кормушку для «своих», для чиновников и связанного с ними бизнеса. А в качестве моральной подачки старикам предложили прописать индексацию пенсий в Конституции. Вроде как для надежности…

— Конституция — это основной документ нашей страны. И вписывать туда положения, которые должны регулироваться обычными федеральными законами — индексацию пенсий, МРОТ — это лишнее. У нас и так записана в Конституции норма о запрете принимать законы, ухудшающие положение людей. Если бы это исполняли, то никакой пенсионной реформы не было бы.

Пенсионные деньги ФНБ зароют в землю, и концов никто не найдет

Нужно ли направить миллиард долларов на нефтегазовую разведку?

Накопленные в Фонде национального благосостояния (ФНБ) средства не дают покоя российским чиновникам. Желающих потратить их на те или иные нецелевые нужды становится все больше. Среди них Росгеология, попросившая у правительства выделить в 2020—2022 годах 1 млрд. долларов (65 млрд. рублей) на разведку запасов нефти и газа.

По мнению главы Росгеологии Сергея Горькова, через 5−7 лет существует риск «необратимого снижения объемов добычи полезных ископаемых» из-за истощения фондов объектов поискового задела. Сейчас работы по разведке нефти и газа в основном финансирует бюджет, но согласно «Стратегии развития минерально-сырьевой базы» объем этой поддержки постоянно снижается и к 2025 году прекратится.

Читать еще:  Аккумуляторы для шуруповертов харьков

В случае, если деньги Росгеологии будут выделены, они окупятся за счет прямого прироста условных запасов полезных ископаемых на сумму не менее 2,5 трлн. рублей. Совокупный же эффект от разработки открытых месторождений, освоения новых территорий, роста занятости и т. д. может составить более 30 трлн. рублей (!), обещает Горьков.

И, кажется, его услышали. Несмотря на фантастичность представленных Росгеологией обещаний, Медведев (еще до своей отставки) поручил подготовить предложения по финансированию геолого-разведочных работ в стране в форме государственно-частного партнерства. Что же, деньги не свои — казенные. Отчего не выделить? Так, видимо, рассудил экс-премьер-министр.

В просьбе Росгеологии можно увидеть определенную логику. Ведь источником наполнения ФНБ являются нефтегазовые доходы, поступающие в случае превышения цены на нефть определенного уровня (сейчас эта «цена отсечения» чуть больше 40 долларов за баррель, а цена барреля нефти марки «Брент» — 64 доллара). Таким образом, Горьков как бы заботится о будущем наполнении ФНБ.

Есть, однако, одно «но». ФНБ создавался для «обеспечения сбалансированности (покрытие дефицита) бюджета Пенсионного фонда Российской Федерации», о чем прямо сказано на сайте Минфина. И не для каких других целей, кроме пенсионных, эта «кубышка» не предназначена. Поэтому траты, предлагаемые Росгеологией, выглядят сомнительно.

То есть с социальной точки зрения ФНБ был нужен, чтобы не повышать россиянам пенсионный возраст. Но его все равно повысили. А теперь чиновники озаботились, как бы обеспечить будущие поступления в фонд. А зачем они вообще нужны, спросят россияне, если деньги не используются по своему прямому назначению — не расходуются на покрытие дефицита ПФР?

Уж не для того ли, чтобы изъять «лишние» деньги из российской экономики и стимулировать ими экономику Запада? Ведь значительная часть средств ФНБ вложена в зарубежные долговые обязательства. Кстати, кто принимал такое решение? Да и правило, запрещающее расходовать эти средства пока объем ФНБ не превысит 7% от ВВП, тоже консервирует их, мешая использовать в интересах россиян.

Людям нужны нормальные пенсии и вовремя, а не сказки о том, что государственные закрома ломятся от пенсионных денег, которых они никогда не увидят.

Неудивительно, что лежащие мертвым грузом средства так и норовят растащить под тем или иным благовидным предлогом. И если просьба Росгеологии имеет хотя бы косвенное отношение к ФНБ, то попытка бывшего социально-экономического блока правительства профинансировать за счет ФНБ покупку доли ЦБ в Сбербанке, о чем писала «СП», в чистом виде надувательство с целью закрепить итоги пенсионной реформы.

С учетом того, что ожидаемой обществом отката власти в этом вопросе пока не случилось (в своем послании Федеральному Собранию Путин об этом не сказал ни слова), любые попытки «раздербанить» ФНБ должны рассматриваться буквально под микроскопом. Когда под давлением общественности Кремлю станет очевидна необходимость отмены реформы, накопленные там средства пригодятся.

Руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник оправдывает запросы Росгеологии.

— Понятно, что Росгеология решает стратегическую задачу воспроизводства минерально-сырьевой базы страны. Это важный аспект для развития нефтегазовой отрасли. Но возникает вопрос, почему этого не было сделано ранее и насколько запрошенная сумма соответствует потребностям.

Актуальность в этом, конечно, присутствует. Технологии становятся все сложнее. Геологоразведка — более затратной. В перспективе, когда механизм будет отлажен, затратность будет оптимизирована.

У каждой добывающей компании в отчете есть пункт о приросте новых запасов, которые сравнивают с годовым объемом производства. И зачастую компании рапортуют, что по итогам года прирост превысил извлечение, а значит, их потенциал вырос.

По мнению директора Института национальной энергетики Сергея Правосудова, государство, выделяя средства на геологоразведку, должно внимательно следить за эффективностью их освоения.

— Нужно понимать, что есть так называемые экономически эффективные запасы к разработке. Теоретически — на балансе у добывающей компании может быть много запасов, но на самом деле они дороги для добычи и при низких ценах на нефть их разрабатывать нерентабельно и никто этим заниматься не будет.

Действительно, ресурсная база в нашей стране становится все хуже и хуже. Месторождений открывают все меньше, они находятся во все более труднодоступных районах. Это какой-нибудь шельф, либо это глубокозалегающие залежи, либо нефть находится в тяжелых плотных породах: сланцевых камнях, глине, из которых ее очень сложно извлечь.

Качество нефти тоже ухудшается. Стало больше тяжелой нефти, больше похожей на битум. Это характерно не только для России, но и для всего мира. Другое дело, что Росгеологии говорить о том, что проблема эта чрезвычайно остра, наверное, преждевременно. Крупные компании обеспечены месторождениями на десятки лет вперед и чувствуют себя спокойно.

«СП»: — Каждый старается раздуть свою значимость и Росгеология, видимо, тоже…

— Для государства это же бизнес. И если это делать нормально, не раздавать месторождения — а по закону их вроде бы раздавать нельзя, нужно проводить аукционы и продавать участки победителям за деньги… Главное, чтобы эти деньги тратились целевым образом. А у нас бывает, что деньги теряются. Надо следить за тем, чтобы они не разворовывались.

«СП»: — С этим у Росгеологии не очень. Многие помнят скандального замруководителя этой структуры Руслана Горринга, чей моральный облик, судя по публикациям в Сети, вызывал отвращение. Так этот Горринг в итоге оказался крупным мошенником и сейчас отбывает срок. С такими кадрами доверие к Росгеологии, конечно, упало…

— Знаменитая личность, да.

«СП»: — Вот как такому мошеннику доверить средства ФНБ? Кстати, а почему разведкой новых месторождений не занимаются сами компании? Это ведь в их интересах…

— Занимаются. Но они это делают обычно рядом с теми месторождениями, где уже работают. Скважину пробурили, нашли, заявили. В этом случае они имеют право на разработку вне аукциона. А Росгеология работает в удаленных труднодоступных районах, где никто не ищет. А потом выставляют участки на аукцион.

В свою очередь депутат Госдумы от КПРФ, член комитета по бюджету и налогам Госдумы РФ Вера Ганзя предлагает изменить бюджетное правило, чтобы найти деньги на социальные нужды, обозначенные в послании президента, включая пенсии.

— К концу года мы будем иметь в ФНБ почти 11 трлн. рублей. Это серьезные деньги…

«СП»: — Значительно выше 7-процентной планки от ВВП, разрешающей расходовать средства ФНБ. Если, конечно, правительство не растратит их нецелевым образом. А нельзя ли в принципе отменить или хотя бы снизить этот барьер? Ведь ФНБ существует для людей — раз есть нужда, надо тратить…

— Вот! Путин в послании перечислил предлагаемые им социальные меры и сказал, что для этого нам надо пересматривать приоритеты в регионах. Я видела, как губернаторы, сидящие в зале, в этот момент напряглись. Они поняли, что надо будет где-то искать деньги.

Кроме того, президент сказал, что бюджетную устойчивость надо всеми силами оберегать, сохранить. Это значит, что бюджетное правило пересматриваться не будет. Также он ничего не сказал о пересмотре соотношения отчислений налогов между центром и регионами.

То есть он назвал результаты, которые он хотел бы видеть, но ничего не сказал о механизмах, с помощью которых этого можно достичь. Откровенно говоря, это все пустое. Непонятно, где мы возьмем эти деньги.

«СП»: — А изменение бюджетного правила решило бы все эти вопросы?

— Конечно. Сейчас цена отсечения составляет 41,6 доллара за баррель. Эта цифра увеличивается на 2 процента ежегодно. Мы же предлагали сразу поднять ее до 45−50 долларов. Мы же уже накопили эти деньги в ФНБ — давайте планку повысим. И направим их в расходную часть бюджета. Но нет, они останутся в ФНБ, а потом пойдут на инфраструктурные проекты, как признался Путин. Но мы же знаем, как это все осваивается. Пахнет коррупцией!

«СП»: — Похоже, власти решили, подняв пенсионный возраст, «освободить» ФНБ от пенсионных обязательств и создать кормушку для «своих», для чиновников и связанного с ними бизнеса. А в качестве моральной подачки старикам предложили прописать индексацию пенсий в Конституции. Вроде как для надежности…

— Конституция — это основной документ нашей страны. И вписывать туда положения, которые должны регулироваться обычными федеральными законами — индексацию пенсий, МРОТ — это лишнее. У нас и так записана в Конституции норма о запрете принимать законы, ухудшающие положение людей. Если бы это исполняли, то никакой пенсионной реформы не было бы.

Доктрина круговой энергетической безопасности

Нацпроекты и зеленых признали вызовом для российского ТЭКа

За семь лет отбушевала острая фаза мирового кризиса, обрушившая цены на нефть, свершилась сланцевая революция в США. Штаты отменили запрет на экспорт нефти, а для российских властей приоритетом стало производство сжиженного природного газа. Явно обострился и конфликт вокруг газового транзита через территорию Украины. Стабильной осталась разве что полная неразбериха с газификацией российских поселений. Здесь доступ к газовой трубе по-прежнему окружен непрозрачными процедурами, завышенными ценами на обслуживание. Впрочем, к вопросам национальной безопасности эти проблемы населения наши власти не относят.

Новая доктрина безопасности перечисляет внешние и внутренние вызовы, угрозы и риски. Например, к внутренним вызовам доктрина относит не только демографические проблемы, но и переход России к новой модели социально-экономического развития, которая предполагает структурную трансформацию экономики (вероятно, речь идет о реализации национальных проектов). К вызовам отнесли также модернизацию основных фондов предприятий, существенное повышение производительности труда и эффективности трудовой деятельности.

Риском названо несогласованное развитие отраслей ТЭКа в условиях ограниченного государственного контроля и регулирования. Что, конечно, не может не вызвать удивления на фоне истории с практически ручным управлением ценами на бензин, в котором правительство упражнялось весь год, так и не предложив удовлетворяющий все стороны автоматический механизм регулирования баланса между поставками топлива на экспорт и на внутренний рынок.

Читать еще:  Аккумуляторный пылесос makita bcl180z

Доктрина опубликована в момент, когда далеко не снята напряженность и с громким скандалом об экспорте миллионов тонн «грязной» нефти. Во вторник СМИ сообщили, что от 300 тыс. до 1 млн тонн загрязненной хлорорганикой российской нефти дошли до Венгрии. А немецкая DW написала, что Россия по-прежнему лишена возможности поставлять нефть по трубопроводу «Дружба» на свои ключевые экспортные рынки в Центральной Европе: в Польшу и Германию. Хотя стрелочников уже обозначили, но история показала огромный провал в контроле качества поставляемой продукции именно со стороны контролируемой государством «Транснефти».

Обращает на себя внимание, что в новом документе одним из вызовов для российской энергетики обозначено развитие альтернативных источников энергии, развитие и распространение прорывных технологий. Примечательно, что как раз во вторник на «Петерсбергском климатическом диалоге» канцлер ФРГ Ангела Меркель пообещала покончить с углеродными выбросами к 2050 году. Очевидно, что эта позиция также угрожает экспортным перспективам отечественного ТЭКа, но, возможно, новая доктрина Путина не заглядывает так далеко и претерпит изменения еще лет через семь.

Эксперты пытаются объяснить отношение новой доктрины к новейшим технологиям особенностями страны.

«Стремление к более чистым источникам электроэнергии очень благородно и модно, однако, учитывая масштабы нашей страны, а также холодный климат, все-таки хотелось бы прежде всего иметь дешевые и эффективные источники электроэнергии и уже потом ориентироваться на другие факторы, – сказал «НГ» главный аналитик Центра аналитики и финансовых технологий Антон Быков. Эксперт призывает не забывать и про текущую экономическую ситуацию в стране. «Правительство обещает разогнать отечественную экономику до средних значений по миру, но сначала бы хотелось увидеть этот рост, а потом уже можно подумать, вкладываться ли в «модные», но коммерчески невыгодные зеленые проекты», – говорит Быков.

Представители зеленых отмечают, что доктрина пусть и в качестве вызова, но «заметила» альтернативные источники энергии, и надеются, что следующий вариант документа будет уже воспринимать их не как риск или угрозу, а как возможность для развития.

«Потребовалось около 10 лет, чтобы руководство страны признало, что сектор возобновляемой энергетики нужно воспринимать всерьез. Мы надеемся, что следующий перелом в сознании произойдет быстрее и российские власти осознают необходимость и выгоду от масштабного развития зеленой энергетики. К сожалению, в принятой доктрине сохраняется упор на субсидирование добычи нефти, газа и угля. Налогоплательщики оплачивают этот тупиковый курс, а будущие поколения столкнутся с катастрофическими последствиями изменения климата», – сказал «НГ» руководитель энергетической программы российского отделения Greenpeace Владимир Чупров.

По его мнению, изменение климата, связанное в том числе и с сжиганием углеводородов, угрожает России сильнее, чем многим другим странам: «На территории нашей страны среднегодовая температура растет в два с половиной раза быстрее, чем в среднем по миру. С 1999 по 2017 год количество опасных погодных явлений выросло более чем в три с половиной раза».

«Более 60% российской территории находится в зоне вечной мерзлоты. Из-за изменения климата вечная мерзлота тает, поэтому здания и стратегически важная инфраструктура в этих районах быстро разрушаются. Кроме того, увеличивается засушливость на большей части земледельческой зоны России. Здоровью людей вредят более частые волны жары и снижение качества воздуха из-за лесных пожаров, сообщения о которых мы слышим каждый день», – говорит Чупров.

«В целом базис предыдущей версии стратегии сохранен. Но документ дополнен, актуализирован, стал более обширным. Учтена, в частности, тенденция бурного развития производств по сжижению газа. Также больше внимания уделено санкционным рискам. Обновление положений версии документа от ноября 2012 года вполне логично в условиях стремительной трансформации мировых энергетических рынков», – сказал «НГ» руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник.
Интересно, что Владимир Путин в новой доктрине поставил задачу развивать внутренний рынок сжиженного природного газа (СПГ), при этом рост производства СПГ фигурирует в доктрине и как внешнеполитический вызов.

«Российским компаниям вполне под силу существенно нарастить потребление СПГ внутри страны – весь вопрос в сроках, – сказал «НГ» эксперт Академии управления финансами и инвестициями Геннадий Николаев. – Сейчас отечественные производители вполне успешно работают на внешних рынках: в первом квартале 2019 года объем экспорта увеличился на 20% сравнению с аналогичным периодом 2018 года – до 11,7 млн куб.м. Доля российского СПГ составляет всего 4% от рынка, однако уже через пять лет может достигнуть 10%. На самом деле уже сейчас отечественные заводы могли бы продавать гораздо больше топлива, но не делают этого из-за недостаточно развитой инфраструктуры, которая не позволяет наращивать отгрузку».

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Александр Пасечник

Последствия нефтяного налогового маневра в России для экономики Беларуси

Беларусь нельзя причислить к числу стран с обширными запасами нефти, однако развитию соответствующей индустрии страны это не мешает. Белорусские нефтяники работают не только на родине, но и на объектах в Венесуэле, Эквадоре и России. По соглашению с Москвой в Минск ежегодно беспошлинно поставляются около 24 млн т нефти, причем пошлина от экспорта полученных в результате ее переработки нефтепродуктов остается в белорусской казне. Однако налоговый маневр в нефтяной отрасли, принятый РФ, через шесть лет полностью обнулит экспортные пошлины на российскую нефть, в результате чего цена нефти для Беларуси перестанет быть преференциальной. О том, каковы могут быть последствия российского нефтяного налогового маневра для Беларуси, будет ли она транспортировать нефтепродукты по РЖД взамен Прибалтики и почему не форсируется нефтедобыча на арктическом шельфе, «Евразия.Эксперт» рассказал руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник.

— Александр Михайлович, Россия предлагает 50% скидки для белорусских грузоперевозок нефтепродуктов по линии РЖД. Беларусь это не совсем устраивает. Как заинтересовывать Беларусь, чтобы она отдала предпочтение российским портам, а не литовским?

— Задача стоит в концептуальном смысле. Россия должна развивать свою припортовую инфраструктуру и порты. Поэтому надо выправить логистику, в том числе с привлечением разных бонусов для наших партнеров из Беларуси, в частности, с использованием субсидирования железнодорожных тарифов, льготных вставок. Чтобы логистика была по крайней мере не хуже, а может быть, даже имела какую-то преференциальность для Минска. Понятно, что не совсем это удается. В любом случае выбор уже сделан, Россия идет по пути расширения взаимодействия с Беларусью. Возможны новые модели конфигурации, но они находятся в процессе обсуждения.

— Как продвигается нефте- и газодобыча на Арктическом шельфе? Беларусь как-то может поучаствовать в ней?

Нефть не стоит сейчас выше $100 по маркерам, поэтому и форсировать нефтедобычу на шельфе нет нужды, пока есть возможность «столбить гринфилды».

Как известно, страны Арктического совета распределяют или пытаются зафиксировать свои юридические права. Есть там интересанты и не из арктического пула – например, Китай. Шельф – стратегический кладезь, и его масштабное освоение – это более отдаленный горизонт. Об активном освоении нефтяных промыслов в Арктике на сегодняшний день разговор не идет. По газу, если посмотреть, заметен прогресс. Заполярная добыча газа впечатляет, учитывая Ямал, где добывается большая часть российского газа. Но речь, конечно, не только об арктическом шельфе, но и о заполярных месторождениях в целом.

Тормозится работа альянсов из-за антироссийских санкций. К примеру, американская корпорация Exxon приостановила работы в Карском море c НК «Роснефть». У российской госнефтекомпании теперь появились проблемы и на Черноморье. Крупнейшая итальянская нефтегазовая компания Eni заморозила проект Вал Шатского, пока на неопределенный срок. Он имел перспективы, если бы были получены дебеты, а теперь итальянцам нужно в юридическом поле изучать санкции, затормозив отраслевую кооперацию. Официальная позиция «Роснефти» состоит в том, что это влияние санкционного давления.

Если говорить о Минске, то Белорусские нефтяные компании пытались идти за рубеж. У республики есть взаимодействие с Венесуэлой по добыче тяжелой нефти. И белорусская добыча стабильна, около 1,65 млн тонн добывалось в Беларуси в 2015-2016 гг. Думаю, и в 2018 г. будут похожие цифры, тут белорусы уже уперлись, что называется, в потолок.

По большому счету, у Беларуси собственного [нефтяного] потенциала нет. Если развиваться, то где-то за рубежом, за счет нефтесервисного опыта.

В России у белорусских нефтяников могут быть новые подряды. Не секрет, что «Белоруснефть» с 2013 г. работает в Ямало-Ненецком автономном округе.

— А как обстоят дела на Северном Каспии у Казахстана?

— На Кашагане работают казахи в консорциуме с пулом иностранных мейджоров. У всех доли по 16% с небольшим. Долгое время сроки освоения Кашагана сдвигались. Когда наконец-то приступили, там были довольно слабые технологии. Сейчас уже в наличии и другие возможности, нефтесервис продвинулся в инновационном смысле, технический прогресс налицо. Добыча началась в 2016 г, 2017-2018 гг. вышли сложными, и теперь возможны корректировки.

Условия на Каспии иногда совпадают с теми, которые бывают в Заполярье. Поэтому России важно изучать этот опыт. Там тоже бывают суровые холода, льды и т.д. и это надо учитывать, чтобы не получить похожие проблемы при освоении национального арктического шельфа.

— Какие тенденции вы наблюдаете в энергетической сфере?

— Мы следим за тенденциями в энергетической сфере в России и глобальными рынками углеводородов. Анализ позволяет упреждать потенциальные риски, связанные с нефтегазовым экспортом, выявлять приоритеты в части сбыта энергоресурсов. Экспертами накоплен и создан массив информации и аналитики по всему энергетическому спектру, но наибольшая концентрация внимания – на нефтегазовом секторе, топливно-энергетическом комплексе (ТЭК). Электроэнергетика и атомная индустрия – скорее прилагательные направления нашей работы.

Что касается тенденций на текущий год, то Россия продолжит добывать нефть примерно в тех же объемах, что и в прошедшие несколько лет. Будем приближаться к 550-560 млн т нефти. Все зависит от соглашения ОПЕК+ по сокращению добычи нефти – сейчас здесь взят курс на смягчение по квотам.

Мы приходим к тому, что надо разделять нефтяные рынки с саудовцами. Необходимо учитывать, что американские сланцевые добытчики ими тоже активно интересуются. Хотя нет прямого подключения к сделке ОПЕК+, но формат консультаций показывает заинтересованность производителей США в «стабильной» стоимости нефти.

Читать еще:  Homelite csp 4518 запчасти

По поводу нефтепереработки в России, отмечу, что ставка делается не на развитие новых мощностей. Есть задача поднимать глубину переработки, благодаря чему составляющая внутренней переработки по сырью будет оставаться примерно на том же уровне. За счет глубины переработки может несколько снизиться внутреннее потребление нефти.

Акцент делается на усиление российского экспорта. Но в большей степени будет он ориентирован на азиатские рынки, потому что в них мы видим потенциал, бо́льшую емкость и динамику, чем на традиционных европейских.

Модель развития такова, что раньше у России практически не было экспорта на Восток, в Азию, прежде всего в Китай. В перспективе крупнейшие игроки – Индия, Индонезия, Япония и Корея. Россия становится сейчас таким же драйвером, как Китай пять лет назад. Не исключено, что в пропорциях, вероятно, произойдет отвлечение экспортных объемов с европейского направления, если будет определенное сдерживание в сегменте добычи.

— Придет ли «черный лебедь» на энергетический рынок и откуда его ждать?

— «Черный лебедь» – это какой-то беспрецедентный случай. Возможно, он придет, и нефть только прирастет. На 2018 г. рисков я, по крайней мере, не вижу. 2019 г. будет продолжением предыдущего с некоторыми отклонениями.

— Белорусские НПЗ завязаны на российскую нефть, и каждый год Беларусь поднимает вопрос о цене. Как это отразится на развитии белорусско-российских отношений в будущем?

— Российская нефть в приоритете, потому что всю собственную нефть Беларусь отправляет на экспорт. Здесь все строится на моделях перспективной равнодоходности. На 2025 г. запланирован выход на равнодоходность энергетических рынков не только нефти, но и электроэнергетики, рассматривается и газовый рынок. Это ориентировочная позиция Москвы, возможны сдвиги, переговоры, то есть здесь нет жестких рамок.

Ценовые параметры на нефть и газ тоже очень важны. Понятно, что все хотят прийти к ценовому компромиссу. Поэтому Россия и Беларусь каждый год договариваются. Есть долгосрочная четкая линия, и в этом фарватере мы двигаемся с небольшими отклонениями. Диалог бывает сложный, но он конструктивный. В конечном счете, Москва и Минск всегда мы находили совместное, приемлемое для двух сторон решение.

— Каковы могут быть последствия для Беларуси от нефтяного налогового маневра в России?

— Налоговый маневр в российской нефтяной отрасли – важный момент.

Минэнерго России не видит проблем для Беларуси в связи с завершением нефтяного налогового маневра и не намерено менять объем поставок нефти по межправительственному соглашению.

Как заявил глава российского Минэнерго Александр Новак, поставки будут обеспечиваться в соответствии с межправсоглашением.

Россия по этому соглашению беспошлинно поставляет в Беларусь около 24 млн т нефти в год, при этом Минск оставляет в своем бюджете пошлины от экспорта полученных в результате ее переработки нефтепродуктов. Кроме того, начиная с 2017 г. белорусское государство получило право на реэкспорт 6 млн т российской нефти с зачислением пошлин также в свой бюджет.

При этом уже прошел два чтения в российской Госдуме законопроект о завершении налогового маневра в нефтяной отрасли, согласно которому экспортная пошлина на нефть будет снижаться с нынешних 30% на 5 процентных пунктов в год в течение 6 лет начиная с 2019 г., то есть обнулится в 2024 г.

После отмены Россией экспортной пошлины стоимость ее нефти для Беларуси фактически будет равна мировым котировкам.

Поэтому Минск считает чувствительным для своей страны фактор последствий нефтяного налогового маневра в России. Для нивелирования негативного эффекта Беларуси есть смысл сделать упор на форсирование модернизации НПЗ. И время есть – пошлины будут обнулятся постепенно, только к 2024 г. ставки будут обнулены.

Александр пасечник фонд национальной энергетической безопасности

У России есть замена швейцарским трубоукладчикам. Но баржа «Фортуна» не способна прокладывать трубы на большой глубине, и ей закрыта дорога в Данию. А построенный в Китае «Академик Черский» находится на другом конце страны и требует дооснащения. Не говоря уже о том, что ему придется бросить проекты на Дальнем Востоке.

В середине декабря прошлого года сенат США принял оборонный бюджет с санкциями против подрядчиков «Северного потока – 2». Тем, кто осмелится продолжить работу над проектом вопреки запрету Америки, грозит полная блокировка всех американских активов и недвижимости, запрет на операции с ней и на въезд представителей компании в США. За несколько часов до подписания финансового документа президентом Дональдом Трампом швейцарский трубоукладчик Allseas, которому американские сенаторы пообещали «сокрушительные и фатальные» последствия, приостановил работу.

В укладке газопровода принимали участие три суда Allseas, включая Pioneering Spirit — крупнейшее в мире, предназначенное для монтажа, демонтажа и перевозки морских буровых платформ. Швейцарцы отказались оценить, на какое время может затянуться реализация «Северного потока – 2» в связи с таким демаршем. Но быстро стало понятно, что уложить оставшиеся 160 из 2460 км трубы до конца 2019 года не получится. Новые сроки попытались назвать российские чиновники.

Премьер Дмитрий Медведев заявлял о сдвиге в несколько месяцев, министр энергетики Александр Новак — о конце 2020 года. Президент Владимир Путин после январской встречи с канцлером ФРГ Ангелой Меркель обозначил новый срок достройки «Северного потока – 2» как первый квартал 2021 года. Но на вопрос «как» никто пока не ответил.

Судный год

От красивого варианта достроить газопровод в духе импортозамещения, на российских трубоукладчиках, похоже, что отказались сразу. Президент Объединенной судостроительной корпорации Алексей Рахманов заявил, что их придется создавать с нуля и ждать от 4 до 6 лет минимум.

У «Газпрома» есть два судна с близким функционалом. Созданный на китайской верфи трубоукладчик «Академик Черский», который трудится на Дальнем Востоке, и спущенная на воду в тех же краях баржа «Фортуна», которая работала на начальном этапе строительства «Северного потока-2» и как раз находится в районе Балтийского моря. Компанию ей могла бы составить трубоукладочная баржа «МРТС Дефендер», приписанная к Мурманску. Она также ранее работала на морском участке трубопровода Бованенково — Ухта.

Но, по словам партнера и аналитика консалтинговой компании RusEnergy Михаила Крутихина, в настоящий момент ни одно из этих судов не способно вести работы по укладке «Северного потока-2».

Баржи способны трудиться только в спокойную погоду и прокладывать всего один км труб в день. И главное — у них нет динамической системы позиционирования, предназначенной для удержания судна в заданной позиции, без которой доступ в датские воды закрыт по условиям властей.

Такой проблемы нет у «Академика Черского», но, во-первых, для прибытия из Находки в воды Борнхольма ему потребуется полтора-два месяца. Во-вторых, сначала нужна модернизация, которая, по разным оценкам, займет еще несколько месяцев, а то и полгода. Для расширения функционала нужно дооснащение судна сварочным и монтажным оборудованием. 22 января будет выбран подрядчик работ. Предполагаемая стоимость — 873,5 млн рублей. То есть появиться в Балтийском море единственное полностью подходящее для работ российское судно сможет в лучшем случае к лету.

Впрочем, даже тогда шанс успеть есть. Ведь речь идет не о 160 км по прямой, а об укладке двух параллельных веток, и расстояние до берега вдвое меньше. По оценкам Фролова, работы на месте могут занять несколько недель. Так что есть шанс уложиться в обозначенный президентом срок. Однако нужно помнить про еще одно ограничение.

Использование «Академика Черского» повлечет за собой значительный санкционный риск. Головной «Газпром» в значительной степени избежал американских санкций, которые были введены с 2014 года, но все может измениться.

«Как только судно «Академик Черский» примется за работу, его владелец подвергнется санкциям Соединенных Штатов. А конечным владельцем выступает «Газпром», ведь оперативное управление и эксплуатацию осуществляет его 100%-ная «дочка» — «Газпром флот». Причем это не такие санкции, что США могут подвергнуть им или нет, а это обязательное дело. А у «Газпрома» ведь есть счета, ему надо переводить деньги, в том числе американские доллары. И в таких условиях я не вижу для России технической и юридической возможности продолжать работы. И нет таких компаний, которые не побоялись бы таких ограничений», – считает Крутихин.

Также, по его словам, не поможет номинальный перевод судна на другую компанию — уловки вычислят и все равно подвергнут санкциям.

Но и останавливаться нельзя. «Потрачены колоссальные деньги. Вложено 9 млрд евро в подводную часть. И больше 40 млрд евро потрачено на строительство газотранспортного коридора. И их придется списывать, если проект так и не осуществится», – отметил эксперт.

Руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник настроен более оптимистично, хотя, по его словам, убытки от задержки в несколько месяцев составляют десятки миллионов долларов, а если идет речь о более долгом сроке, то о сотнях миллионов. Но задержка компенсируется сделкой с Украиной.

«Если бы не было украинского транзита, то задержка была бы критична. В условиях договоренностей с Украиной, когда мы можем прокачивать солидные объемы, и контракт заключен с пятилетним прицелом, горизонт существенно расширяется», – отметил эксперт.

«В «Газпроме» сейчас просчитывают выгодные варианты: как переброска «Академика Черского» повлияет на планы ввода новых месторождений Дальнего Востока? Рискнут ли применить санкции к «Газпрому» и подвергнуть риску партнеров в Европе?» – считает заместитель генерального директора Института национальной энергетики Александр Фролов.

По его словам, возможно, рассматривается и альтернативный план: «В Керченском проливе после воссоединения Крыма с Россией работало китайское судно. Оно укладывало силовой кабель для энергомоста на полуостров. Запад тогда возмущался и грозил санкциями. Но никто никаких санкций к Китаю тогда применить так и не смог — они помахали ручкой и уплыли после завершения работ. Так что остается вероятность, что подобный вариант сработает и с завершением «Северного потока-2».

Илья Казаков, «Фонтанка.ру»

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector